История Сида Вишеса — «Сид и Нэнси»

В 1957 году в Лондоне, стараниями Джона и Энн Ричи, охранника Букенгемскогго Дворца и девушки-джанки без определенного занятия, с пристрастием к героину,  на свет неожиданно появился Саймон Риччи. И вскоре родительский союз распался, а крошка-Саймон вместе со своей хиппи-мамой и ее новым мужчиной переезжает сначала на Ибицу, а затем отправляется в долгое путешествие по Европе. Спустя 6 лет они возвращаются обратно в Лондон и оседают в предместье Кент; но не надолго: приемный отец по неизвестным истории причинам умирает, и дважды осиротевший Сид с мамой обживают скромную комнату в английской коммуналке.  В дальнейшем детство будущей звезды панк-рока не отличается от тысяч других мальчиков и девочек из небогатых семей и протекает в привычных для подавляющего большинства условиях.

Но все же, к 15 годам, окончив среднюю школу, невинно-застенчивый и ранимый Саймон не желал и просто не был способен заниматься ничем, кроме того, что ему действительно нравилось. Результатом стало его поступление в некий колледж (аналог отечественного ПТУ), где он ничего особенно не делает, зато находит похожего на себя робкого, красноволосго интроверта по имени Джон Лайден(более известного впоследствии как Джонни Роттен, вокалист Sex Pistols). Подружившись, они много времени проводят вместе, прогуливая занятия, обсуждают нелепость школьной системы, направленной на усреднение всех и подавление индивидуальности в человеке, фальшь и несправедливость привычного мироустройства, а вместо практических планов на будущее они слушают рок’н’рольные пластинки, тусуются в сквотах, пьют пиво и формируют свое представление о реальности.

Тогда же Саймон превращается в Сида, взяв этот ник в знак уважения к Сиду Барретту (идеолог и участник группы Pink Floyd), тем же именем он назвал своего домашнего хомячка(!!!). А приставка Вишез(Vicious – порочный) появилась после того, как вышеупомянутый грызун укусил Джона из-за несанкционированного желания поиграть в цирк. В общем-то, параллель с порочностью и агрессивной опасностью хомяка отображает истинную суть вещей:  Сид по своему внутреннему устройству был эмоциональным, искренним и абсолютно беззащитным перед лицом властного общества.

В 17 лет, после ссоры с матерью, Вишез начинает самостоятельную жизнь и оседает в одном из дружеских сквотов, которые стали настоящими инкубатором панк-движения в Англии. Зарабатывая себе на жизнь проституцией,  он начинает активно интересоваться новыми течениями в музыке, знакомится с другими местными прогрессивными подростками и вскоре организует, неизвестную музыкальной индустрии группу, Flower of Romance. Испытывая огромное культурное влияние андергаундной рок-сцены Нью-Йорка того времени(конец 70ых), фанател от группы Ramones и особенно от их басс-гитариста DeeDee Ramone.
По легенде, Cид, твердо решив стать музыкантом, провел целую ночь в кровати с басс-гитарой, стараясь научиться на ней играть, слушая пластинки Ramones и подражая стилю кумира. К утру Вишез научился извлекать мощный и жесткий саунд, недостаточно музыкальный для любой полу-профессиональной группы, но достаточно агрессивный и напористый для феномена, который скоро получит название панк-рок. Будучи по природе странным одиночкой, он, тем не менее, был готов стать центром внимания новой контр-культуры и не собирался упускать эту возможность.

Тем временем,  группа Sex-Pistols, начинала свой стремительный хаотичный взлет, высвобождающий молодую энергию бунтующего общества, рождающий новые формы мысли и отношения к жизни. Помимо музыки, которая не поддавалась никаким логическим оценкам, они продолжали идею сломанного поколения (битников, отказывающихся от благ цивилизации ради свободного шатания по планете ); дети детей цветов, увидевшие и прочувствовавшие на себе смертельные конвульсии родительских надежд на свободную любовь, мир, единство, с одной стороны, и полнейшее отсутствие смысла в лживо-чопорном потребительском большинстве, с другой, вылилось в новую идеологию панка – No Future (нет будущего –перевод с английского). Они протестовали против сложившихся реалий, но не верили в благополучный конец, стараясь жить только моментом, не знать границ и меры. Уже в то время Сид сказал, что не доживет до 25 лет, подгоняя бег времени наркотиками и своей бешеной яростью; единственным благом для него была возможность свободно самовыражаться и быть самим собой, желание сделать все самому, так как умеешь и считаешь нужным, отказ от картонных авторитетов и общественного мнения.  А SexPistols были живым и громким воплощением вышеописанных взглядов на вещи, радикальным бурлеском, вырвавшимся из ада.

Стоит ли говорить, что Pistols за считанные недели своего существования стали врагами общества №1 в Англии. Отчаянная злость самих участников, множилась за счет стереотипного отношения, провокаций и подстрекательств со стороны СМИ. Радио- и теле-передачи, газеты и журналы, чувствуя бешеный интерес к группе, подстегиваемые рейтинговыми соображениями, регулярно приглашали участников пообщаться на разные темы, не особенно при этом пытаясь понять их точку зрения , старались все обратить в эффектное зрелище. Приглашенные не отказывались, что всегда заканчивалось громким скандалом и бурным недовольством оскорбленных обывателей. Взрослые люди не могли воспринимать их идеи всерьез, считая группу просто грязными отбросами, неспособными вести благовоспитанную жизнь, цирком уродов, порочащим Англию.

В феврале 1977г Глен Метлок (первый бас-гитарист SexPistols), будучи отличным музыкантом, не особенно в восторге от складывающегося имиджа и общего течения дел – покинул группу, а его место занял Сид. А спустя месяц  на газон Букингемского дворца выходят обновленные Pistols, чтобы подписать громкий контракт с известной студией A&M, не потрудившись проинформировать об изменениях в составе и новом участнике, фактически не умеющем играть на своем инструменте. После недели празднований, обернувшихся грандиозным погромом студии, промышленными объемами алкоголя и наркотиков, нападением пьяного Сида на живую легенду лейбла Бобба Харриса, A&M внезапно решает прервать только оформленные отношения с коллективом.

Параллельно происходит историческое знакомство Сида и Нэнси Спанджген, эгоцентричной анти-принцессы Нью-Йоркского панк-общества, с ужасной репутацией и несгибаемым пристрастием к героину. Будучи отвергнутой дома буквально всеми («ни один е*аный хер не хотел появляться со мной в публичном месте» – рассказывала сама Нэнси ), она приезжает в Лондон, чтобы склеить кого-нибудь из Pistols, и после недолгих отношений со Стивом (ударник Pistols) и Джонни Роттеном(вокалистом), становится  для Сида его волшебной феей навсегда.

В мае 1977 Pistols подписывают очередной контракт с громадой звукозаписи Virgin, которая в кратчайшие сроки переиздает сингл «God Save The Queen» (тираж, сделанный A&M уничтожен), посвященный серебряному юбилею Королевы, которая олицетворяет собой  монархические устои традиционного английского общества, что так ненавистно бунтующему поколению:

«Боже, храни королеву!
Фашистский режим
Сделал тебя кретинкой,
Потенциальной водородной бомбой.
Боже, храни королеву,
Она не живое существо,
И нет будущего в ангийских мечтаниях»

Вивьен Вествуд( в то время начинающий панк-модельер, владелец магазина Sex и девушка менеджера группы Малколма Мак Ларена) в одном интервью характеризует свое отношение к королеве таким образом:
«Если кто-то приносит бумаги на подпись, и ты просто их подписываешь, не задумываясь и не понимая, что в общем-то происходит, а в результате кого-то ведут на казнь – разве ты не зомби? Это не человеческий поступок, и она никогда не смоет кровь со своих рук. 
Если сорвать с королевы ее сияющую  маску, то люди лишатся своего воскового кумира, глядящего на них с ханжеской улыбочкой и делающего вид, что все в порядке. Она принимает посла Бразилии на высшем уровне – а ее страна  ежегодно доводит тысячи людей до смерти. Может она, и правда, не понимает, что происходит? Тогда мне ее  жаль… Для меня она символ утраты и бесславной потери. Огражденная от этой дикой, сумасшедшей, настоящей человеческой жизни, она стала живым мертвецом – яркий пример того, во что превратилась наша страна».

Запрещенная практически на всех главных теле- и радио- передачах, пластинка раскупается настолько быстро, что обеспечивает песне первое место в главном чарте Великобритании. Также релиз вызывает неожиданную реакцию в среде традиционного общества, возмущавшиеся до этого непозволительным поведением группы и их лексиконом, 30-летние патриоты, взбудораженные провокационными газетными статьями и алкоголем, теперь, объединяясь в группы, выходят из пабов на улицы, чтобы устроить охоту на нарушителей морального спокойствия. Серия нападений не раз заканчивается ножевыми ранениями для “пистолетов” и их друзей.

Не имея возможности официально выступать в клубах, Pistols выступают секретно под разными псевдонимами и в неожиданных местах. Известен их речной концерт на Темзе: арендованный кораблик и парти в лучших традициях рок’н’ролла, с сумасшедшим драйвом, перебором алкоголя, наркотиков, полицейской погоней и, в гротескном стиле, предсказуемым задержанием невменяемых участников вечеринки. Другой их концерт состоялся в Хаддерсфилде, в рамках благотворительной кампании, средства от которой шли в поддержку малоимущих семей шахтеров, и представлял из себя, если не библейскую идиллию, то праздник мечты ребенка, с танцами, конкурсами и швырянием тортами.

В это же время Сид и Нэнси погружаются в совместный круглосуточный трип, замешанный на героине, сексе и синтетическом морфине, прерываемый периодическими госпитализациями, болеющего гепатитом Вишеза. Друзья и очевидцы событий даже разработали план по высылке Нэнси обратно в Штаты, который не возымел иного эффекта, кроме того, что сплотил эту адскую парочку еще более тесными узами. Они вдвоем, пуская и с переменным успехом, противостояли этому стремному миру, и уже ничто не могло их разделить.

Отношения внутри группы накалялись, каждый хотел делать свою вещь и по-своему: Роттен делать новую авангардную музыку, Вишез – быть панк-рокером, а новым фантазмом МакЛарена был псевдо-документальный фильм о SexPistols. И парни из группы, мягко говоря, не разделяли интереса к этому начинанию.  

Вот, что говорил Сид:

«Я ненавижу фильмы. Т.к  это претенциозное сраное вранье: люди там играют роли тех, кем не являются, чтобы какой-то лох купился на эти фантазии. Например, ты снимаешь фильм про день из моей жизни, этакий день поп-звезды – он там ездит на супермашине и весь такой на понтах, супер-крутой делает то, третье, десятое; а настоящий день моей жизни вот какой: я ночую в маминой прихожей, потому что мне негде жить, встаю в 3 часа дня, тащусь в офис, стреляю у Софии (пресс-атташе группы)десятку, пиздую еще куда-то, часами жду этих сраных дилеров… Это просто полное говно, и я это ненавижу. Но это все равно лучше, чем не делать ничего, и гораздо лучше чем делать то, что вообще не нравится!»

Январь 1978 года – последняя глава в истории группы, заканчивающаяся турне-апокалипссисом  по городам юга Америки. Местные жители, по большому счету, вообще не знали о существовании SexPistols, не говоря уже о том, чем они фактически были. Аудитория концертов была очень смешанная, с большим процентом ковбойского типа барных завсегдатаев, что добавляло напряжения в общий ураган бешеной атмосферы. Накачанный алкоголем и наркотиками Сид, с не включенной (дабы не портить общий звук) бас гитарой, весь в собственной крови, обильно сочащейся из множества резаных ножом  отверстий на его теле, становится главным магнитом зрительского гнева. Последний концерт  на стадионе Сан-Франциско перед 6000 аудиторей заканчивается мощной закулисной вечеринкой и бесповоротным распадом группы, вызванной потерей мотивацией Ротена и Макларена, Сид же в очередной раз попадает в больницу с передозом.

Sex Pistols больше не существует, но история Сида еще не закончена: они воссоединяются с Нэнси (на гастроли ее, конечно же, не взяли) и переезжают в Нью Йорк, где останавливаются в отеле «Челси». В разные времена в номерах отеля проживали Марк Твен, Боб Дилан, О.Генри, Фрида Кало, Джимми Хендрикс и Жан Поль Сартр, и много кто еще, однако, лучшие времена уже далеко позади, и  теперь – это последнее пристанище обездоленных и малоимущих, отвергнутых обществом личностей. В общем, «адская парочка» нашла свое место и готовится к возвращению Сида на музыкальный Олимп. Вишез собирает новую группу и репетирует с ними в своем номере, Нэнси становится менеджером группы, а так же инвестором. Деньги от американского турне тают на газах, и Нэнси устраивается работать в элитный бордель, в комнату садо-мазо, где часами напролет порет кожаной плеткой пузатых банкиров, заставляет их ползать и облизывать ей ботинки. Те в свою очередь благодарны и щедро платят, а Нэнси складывает деньги в коробочку и прячет ее за комодом в номере отеля.

Однако грандиозному плану кам-бэка не суждено было сбыться. 12 октября 1978 года клерку отеля поступает анонимный звонок: «Что-то случилось в номере 100». Чарли (так звали служащего) идет в сотую и обнаруживает мертвую, в луже крови, Нэнси, и плачущего Сида, который, явно находясь под сильным воздействием наркотических средств, сидит  на кровати и повторяет: «Бэйби, бэйби, бэйби…». Позже полицией были обнаружены в большом количестве наркотики и шприцы, а также окровавленный нож, купленный накануне и никакой коробочки с деньгами.
Последовал кратковременный арест Вишеза – за неимением доказательств в его причастности, он выходит на свободу, и дело закрывают за неимением улик. Скорее всего, убийцей Нэнси был Рокетс Редглер – актер-комедиант и наркодилер по совместительству, регулярно появлявшийся в комнате № 100 отеля «Челси», и, вероятно, знающий о существовании ценной коробочки, он ждал подходящего момента, чтобы ее незаметно украсть. В ту ночь он принес 40 капсул гидроморфина и был одним из немногих посетителей Сида и Нэнси. Другая версия – незаконченное обоюдное самоубийство, звучит невероятно, но вполне в стиле панк-рока. Как бы там ни было, глубоко потрясенный смертью любимой, Сид предпринимает безуспешную  попытку самоубийства, и попадает в больницу. Едва выписавшись, ввязывается в драку в баре и ранит Тодда Смита (брат Патти Смит), вследствие  чего снова попадает в тюрьму.

Очередной арест длится 55 дней, и  1 февраля 1979 года Вишез покинул стены камеры. Друзья и приятели, отмечали, что Сид после непродолжительной отсидки выглядел великолепно как никогда. Вынужденная изоляция от алкоголя и наркотиков придала ему здоровый цвет лица, более вертикальное положение при ходьбе и членораздельность речи.  Однако, не проходит и суток, как его находят мертвым в доме новой подруги, причина – передозировка героином. Эта смерть и особенно последующее захоронение Вишеза, породило большое количество слухов и легенд, среди которых есть абсолютно безумные: некоторые говорят, что прах Сида был рассеян через систему вентиляции аэропорта Хитроу. Другие говорят, что это мать  панк-рокера ввела ему смертельную дозу, чтобы он не мучился больше от этой дрянной жизнью. Есть версия, которая рассказывает о дикой каннибальской оргии звезд шоу-бизнеса, политиков и разных публичных персон, на которой подавали Вишес-бургеры. По странным религиозно-мистическим убеждениям главное блюдо должно было передать творческую силу и энергию съеденного.
Но завершая весь нагроможденный и неопрятный хаос этой статьи, оставив прочие пикантные подробности и сенсационные версии традиционным изданиям, хочу, сказать, что  прах Сида Вишеза был развеян на древнем еврейском кладбище, над могилой его возлюбленной Нэнси Спанген. А смерть его – самоубийство,  вызванное, неспособностью и нежеланием больше, в одиночку, сопротивляться лживому и порочному, пустому и бурлящему миру.

Выплескивая на концертах весь запас отчаяния и злобы, в повседневной жизни Сид был вполне мирным и, в каком-то смысле, нормальным человеком. Он точно не был злодеем, и уж абсолютно точно не искал неприятностей, однако, они и люди со странными желаниями всегда находили его.  Все что он хотел – это быть собой, заниматься своей музыкой и верить в собственные истины, одной из которых была для него любовь к Нэнси, такая противоречивая в своем проявлении, такая трогательно простая по своей сути.

За несколько дней до выхода из тюрьмы, он написал стихотворение:

Ты была моей девочкой
И я разделял с тобой все твои страхи
Такое счастье было обнимать тебя
И поцелуями собирать слёзы
Но вот тебя нет, осталась только боль
И ничего не поправишь
Я не хочу продолжать жить, Если мне больше нельзя жить ради тебя
Моей прекрасной девочки…
Наша любовь не умрёт

 

Источник: LOSTTOYS magazin

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

← Александр Слотин — человек, покоривший уран

Маленький подвиг велогонщика Фиоренцо Магни →

1 Комм.

  1. Сергей

    вот это житуха была у людей…

Добавить комментарий

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: